О качествах, потребных, чтобы песнь творити

Как мы все помним из далекого детства, когда на уроках литературы учили "Слово о полку Игореве", чтобы кому-то натворити песнь, надо быть орлом, причем орлом, на всю голову шизым. Если ты орел, но недостаточно шиз, то не растечься тебе мыслию по Иггдрасилу, а токмо мысию (не то белкой, не то мышью) по ближайшей осине. И не выйдет у тебя песня эпическая, а всего лишь неэпическая.

Вот и сам автор "Слова..." признает, что не может начать песнь по измышлению Бояню, поскольку недостаточно шиз.

Впрочем, песнь у него все равно получилась неэпически хороша.

Песня про степного шизого орла

Орел, пораженный шизою
на древнем кургане сидит
и мрачно на мир пред собою,
на степь под собою глядит.
На этот простор надоевший
давно бы закрыл он глаза,
но тягою к участи певчей
его поразила шиза.
Так хочется петь — а без толку:
из песен уходит сюжет.
Мерещатся бурые волки,
царевна, тюрьма, туалет…
Как каменна скифская баба
с усами и плоским лицом,
так всё обосновано слабо
у сказки с хорошим концом…

Молодые талантливые авторицы

Я, кажется, подсаживаюсь на них. У дам, как оказалось, куда лучше фантазия, да и завернуть умеют так, как редкий из мужиков.

Одна, например, метко охарактеризовала мужчин, как существ, которые до конца жизни стремятся снова попасть туда, откуда когда-то появились (я б добавил: хотя бы частично).

Она же придумала, что мымра -- это раса, наподобие гномов или гоблинов. Женщины этой расы бесполезно пытаются навести марафет на свою внешность, потому что у них все равно торчат клыки, а волосы жесткие как проволока.

Ей же не повезло с редактором, который в выражении "рука, обтянутая лайкой" (про перчатку) исправил "лайку" на "лайкру" (!).

Другая сочинила, что у трехглавого цербера головы подрались друг с другом, да так, что ветеринару пришлось накладывать швы (у кого была собака, тот легко себе представит эту картину).

Девочки, пишите еще!

Образ хищной птицы в классической русской литературе

Цитаты. Просто цитаты.

Сферофимович:
Ехал я по степи. Давно это было, давно, — уж засинело убегающим прошлым.
Неоглядно, знойно трепетала степь и безгранично тонула в сизом куреве.
На кургане чернел орелик, чернел молодой орелик. Был он небольшой; взглядывая, поворачивал голову и желтеющий клюв.
Пыльная дорога извилисто добежала к самому кургану и поползла, огибая.
Тогда вдруг расширились крылья, — ахнул я… расширились громадные крылья. Орелик мягко отделился и, едва шевеля, поплыл над степью.
... Молодой орелик желто-клювый, а крылья размахнул.

Бунин:
Бежала мгла... И мне казалось,
Что на снегу сидит Сапсан.
Морозный иней, как алмазы,
Сверкал на нем, а он дремал,
Седой, зобастый, круглоглазый,
И в крылья голову вжимал.

И был он страшен, непонятен,
Таинственен, как этот бег
Туманной мглы и светлых пятен,
Порою озарявших снег...

Бр. Стругацкие:
Он летит ночной порой,
Лунным светом освещенный,
И, ничем не удрученный,
Все он видит под собой.
Гордый, хищный, разъяренный
И летая, словно тень,
Глаза светятся как день.

Ну правда ведь он похож на попугая это про одну и ту же птицу, степного шизого орла?