Одиссея в камышах

Мы мечтали о свободе. Мы мечтали о просторе.
Проносилось наше судно по течению времен.
Впереди, за камышами, -- мы мечтали -- будет море,
Будут чайки над волнами и безбрежный горизонт!

Нам грозили бурунами острозубые пороги,
По ночам мы отбивали нападения зверей,
И гнались, гнались за нами чернобокие пироги,
И визжали злые стрелы узкоглазых дикарей.

Нас убить пытались люди. Нас убить пытались звери.
Нас убить пытались голод и взбешённая вода,
Но вперед летело судно! Нет предела нашей вере,
Вере в то, что море -- будет! Будет море -- навсегда!

Мы проплыли очень много. Мы у цели -- только что-то
Камыши все гуще, гуще, всё спокойнее поток.
Что же там, за камышами -- может, топкое болото?
Мы почти достигли цели -- только что-то тут не то.

Толстобрюхие лягухи к нам на палубу садятся,
Громким кваканьем бесстыдным нас пытаясь оглушить:
Всё кричат, что мы достигли окончательного счастья,
Больше не к чему стремиться, больше некуда спешить.

Этим квакающим тварям кто-то верит, как ни грустно,
Но другие понимают, что же тут произошло:
Мы не в тот рукав свернули, мы поплыли старым руслом,
Понесло нас старым руслом -- и в болото занесло.

Повернуть бы нам, вернуться, и поплыть бы дальше к морю,
Только наших капитанов ослепила, видно, власть:
Не хотят признать ошибки, толстобрюхим тварям вторят,
Говорят, что видят море -- и в болото тянут нас...

Это было написано, когда Леонид Ильич еще и не собирался помирать. А тут вдруг (огляделся я по сторонам) вспомнилось почему-то...