Тут одна писательница из букеровской тусовки (на самом деле там не писатели, а кукушки с петухами, ритуально поглаживающие друг друга) выдала очередную подлую чушь про блокаду Ленинграда.
И ведь таких полно среди "творческой интеллигенции". А если кто думает, что явление это характерно для времен последних, нынешних -- то пусть подумает еще раз.
Я все вспоминаю Шаляпина. По тем годам он же был совершенно ахеджакнутый -- радостно держа в кармане фигу, пел "но настанет пора, и проснется народ, разогнет он могучую спину! И стряхнет с плеч долой тяжкий гнет вековой: на царя он поднимет дубину!" -- перед залами, в которых от слов этих загорались глаза и сами собой складывались пальцы в карманах в такую же фигу.
Вот как он потом себе объяснял это? Потом, когда бежал, роняя обувь, из страны, где -- сбылось то, к чему сам же и подталкивал? Вот и поднял дубину народ. И такой она вдруг показалась страшной, что кирпичи прямо сами посыпались...
Но ведь, наверное, утешал себя сам-то, уже в эмиграции, убеждал себя как-то, что все делал правильно? Доказывал сам себе, что не к этому призывал?
Вот -- как? Какими такими словами и аргументами?
И ведь таких полно среди "творческой интеллигенции". А если кто думает, что явление это характерно для времен последних, нынешних -- то пусть подумает еще раз.
Я все вспоминаю Шаляпина. По тем годам он же был совершенно ахеджакнутый -- радостно держа в кармане фигу, пел "но настанет пора, и проснется народ, разогнет он могучую спину! И стряхнет с плеч долой тяжкий гнет вековой: на царя он поднимет дубину!" -- перед залами, в которых от слов этих загорались глаза и сами собой складывались пальцы в карманах в такую же фигу.
Вот как он потом себе объяснял это? Потом, когда бежал, роняя обувь, из страны, где -- сбылось то, к чему сам же и подталкивал? Вот и поднял дубину народ. И такой она вдруг показалась страшной, что кирпичи прямо сами посыпались...
Но ведь, наверное, утешал себя сам-то, уже в эмиграции, убеждал себя как-то, что все делал правильно? Доказывал сам себе, что не к этому призывал?
Вот -- как? Какими такими словами и аргументами?
no subject
Date: 2019-05-07 03:51 pm (UTC)истории. Все эти люди не обладают ложным понятием относительно того слепого чудовища, в которое они вдыхают жизнь. Они хорошо знают, что чудовище это растопчет их, но вместе с тем им хорошо известно, что за одно с ними будут растоптаны несправедливость и невежество, ненавидеть которые они научились сильнее, чем любить самих себя.
Русский мужик, поднявшись, окажется более ужасным, более безжалостным, чем люди 1790 года. Он менее культурен и более дик. Во время своей работы эти русские невольники поют унылую, грустную песню. Они поют ее хором на
набережных, обремененные грузом, на фабриках, в бесконечных степях, пожиная хлеб, который, может быть, им не придется есть. В этой песне поется о полной довольства жизни их господ, о пиршествах и развлечениях, о смехе детей и о
поцелуях влюбленных.
Но припев после каждой строфы один и тот же. Если вы попросите первого попавшегося русского перевести вам его, то он пожмет плечами.
- Да это просто значит, - скажет он, - что их время также наступит
когда-нибудь.
Эта песня - трогательный и неотвязчивый мотив. Ее поют в гостиных Москвы и Петербурга; во время ее пения болтовня и смех исчезают, и через закрытую дверь вползает молчание, словно холодное дуновение. Эта песня
напоминает жалобный вой ветра, и в один прекрасный день она пронесется над страною, как провозвестник террора."
Джером К. Джером. "Люди будущего"
http://lib.ru/JEROM/jerom1_7.txt