pascendi

Ночью руку к изголовью
протяни и помани.
Притоми меня любовью,
на плече угомони.
Чтобы мне уснуть, растаять
под ласкающей рукой,
всё отбросить и оставить
только нежность и покой.
Нынче ночью в круге света,
окруженном темнотою,
никого другого нету:
только ночь да мы с тобою.
Мы сплетаемся телами,
кольца рук сжимаем туго,
мы слипаемся губами --
губы в губы, пламя в пламя --
мы вплавляемся друг в друга.
Что за сладкая истома
в этих ласковых тисках!
До утра ушли из дома
и заботы, и тоска.
Ничего, что счастья нету:
ведь и горя тоже мало!
Завтра ночью в круге света
повторится все сначала.
19.12.79

---

Я пытать тебя не буду, любишь ты или не любишь:
я шампанское открою и в бокалы разолью,
чтобы винною посудой запечатать твои губы,
чтоб не вырвалось оттуда слово горькое "люблю".
Разноцветную отраву взяли в руки, как в оправу,
на свету вино играет, как в чужом кольце алмаз.
Говоря, что счастья нету, мы, наверное, неправы:
счастье все-таки бывает, хоть бывает не у нас...

---

Луны тяжелые лучи
звенят и падают на крыши.
Молчит земля. И мы молчим,
и только сиплый ветер слышим.
Под ветра сиплый говорок
мы засыпаем, зябко ежась...
Рассвет, бестактный как пророк,
нам друг про друга все доложит:
что мы не мучаемся врозь
и часто мучаемся рядом,
что в жизни что-то не сбылось,
и в нашей чаше есть осадок.
Что просто только изменять,
а что-то изменить -- сложнее...
И мы ныряем поскорее
в текучие заботы дня.
И тонем в их водовороте,
спасаясь от других пучин...
Луны тяжелые лучи
нас все равно туда воротят.
12.79 -- 07.81