Ответ на вчерашнюю загадку
Jan. 5th, 2007 06:20 am![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
pascendiК сожалению, никто из отвечавших -- не угадал.
Привожу правильный -- несколько длинный -- ответ.
Картина эта кисти Леонардо да Винчи висит в Эрмитаже и традиционно называется "Мадонна Литта". Ключ к ответу именно в ее названии.
Литта -- это знатная итальянская фамилия; когда-то она владела Миланом. Картина принадлежала старшему из двух братьев Литта, заметных в истории России в начале 19 века, была им подарена графине Юлии Павловне Самойловой (которая изображена на знаменитой картине Брюллова в виде всадницы) и попала в царскую коллекцию от нее в 1865 году.
Джулио-Ренато Литта был кавалером Мальтийского Ордена. В Россию он попал еще при Екатерине II: был послан Великим Магистром по ее просьбе как эксперт для того, чтобы реорганизовать императорский флот на Балтике в видах войны со Швецией. Свою миссию он выполнил успешно, был в возрасте 26 лет произведен в генерал-майоры, служил во флоте, и после победы при Рокензельме в 1789 году получил чин контр-адмирала. В 1794 году именно Джулио-Ренато Литта (в это время имевший статус посла Мальты при дворе Павла I) организовал избрание российского императора Великим Магистром Ордена -- история нашумевшая и практически общеизвестная.
Его младший брат, Лоренцо Литта, был примерно в это же время (в 1797 году) назначен Папой Пием VI нунцием в России. Его задачей было урегулировать непростые вопросы жизни католических епархий в присоединенных к России частях Польши. В Петербурге Лоренцо Литта, к своему удивлению, увидел живую и здоровую конгрегацию Общества Иисуса (для некоторых моих читателей поясняю: Общество Иисуса -- это официальное самоназвание Ордена иезуитов). Более того, многие русские вельможи просили нунция замолвить словечко перед Папой о разрешении принимать в Общество новых членов (новициате), что тогда было запрещено, так как высоко ценили просветительскую роль иезуитов.
Лоренцо Литта принял эти просьбы близко к сердцу и написал Папе через его секретаря Джузеппе Маротти. Одним из аргументов в пользу хотя бы частичного восстановления Ордена иезуитов была необходимость бороться с "философскими" сектами, в частности, с получившими в то время распространение баварскими иллюминатами (привет Дэну Брауну, много навравшему!).
Аргументы Литта подействовали, и с этого момента начался процесс легитимизации Ордена в России, а затем во всем мире. Собственно, в этом и есть ответ на загадку: картина Леонардо попала в Россию из семейства, которое имело прямое отношение к восстановлению Общества Иисуса.
Интересно, что практически в это же время младшего Литта выслали из Петербурга, так как Папа не утвердил избрание Павла I Великим Магистром Мальтийского Ордена: таким образом, дело, которое затеял старший брат, привело к срыву дипломатической миссии младшего.
Интересно также продолжение судьбы старшего Литта. В 1798 году он получил диспенсацию от обетов и женился на племяннице князя Потемкина. Он совершенно обрусел (в тогдашнем понимании этого слова, то есть вошел в русскую элиту -- это не значит, что он стал хорошо говорить по-русски) и умер в Петербурге в 1839 году в чине адмирала. Его колоссальное состояние досталось Ю.П. Самойловой, которую он называл своей "внучкой". Она его благополучно и промотала.
В России Джулио-Ренато Литта называли Юлием Помпеевичем. Между прочим, он был знаком с Пушкиным.
Эта история хорошо документирована и описана не только в исторических трудах, но и в беллетристике. Тем не менее находятся "специалисты", которые несут всякую чушь. Вот что говорит, например, Олег Германович Ульянов из Музея древнерусской иконописи имени Андрея Рублева в Андронниковом монастыре в Москве:
Мало кто знает, что десница была перенесена в Россию небезызвестным графом Джулио Литта, который возглавлял на тот момент Орден мальтийских рыцарей. У нас с Вами «Мадонна Литта» была приобретена в Эрмитаже тоже из этого семейства, буквально спустя два десятилетия. В этот период граф Антуанн Литта, который передал десницу Иоанна Предтечи нашему императору Павлу, он принял православие и с именем Юлий Помпеевич. Впервые могу познакомить аудиторию с тем, что этот псевдоним был взят им не случайно, поскольку он был взят в честь основателя Римской академии Помповиниана, Юлий Помпоний Лаэта, который впервые открыл живопись римских катакомб в 1475 году. Когда в большинстве учебников Вы можете прочитать, что катакомбы, фрески были открыты в 1578 году. К сожалению, такой уровень нашего знания. Притом, что мы тяготеем познать все необъятное, узнать непознанное, тем не менее, некоторые вещи, весьма очевидные и доскональные факты, они остаются вне поля нашего ведения.
С последним утверждением нельзя не согласиться. Хорошо бы только его автор сам к нему прислушался -- Юлий Помпеевич ни сном ни духом не ведал, что когда его называли по отчеству, то упоминали не имя его отца Помпея Литты, а имя основателя Римской академии (Помпония, кстати, а не Помпея!). Да и с датами у уважаемого искусствоведа не все в порядке: картина попала в Эрмитаж не два десятка лет после "мальтийской истории", а почти семь десятков...
Интересно, он и в остальных вопросах своей работы столь же вольно обращается с историей?
Привожу правильный -- несколько длинный -- ответ.
Картина эта кисти Леонардо да Винчи висит в Эрмитаже и традиционно называется "Мадонна Литта". Ключ к ответу именно в ее названии.
Литта -- это знатная итальянская фамилия; когда-то она владела Миланом. Картина принадлежала старшему из двух братьев Литта, заметных в истории России в начале 19 века, была им подарена графине Юлии Павловне Самойловой (которая изображена на знаменитой картине Брюллова в виде всадницы) и попала в царскую коллекцию от нее в 1865 году.
Джулио-Ренато Литта был кавалером Мальтийского Ордена. В Россию он попал еще при Екатерине II: был послан Великим Магистром по ее просьбе как эксперт для того, чтобы реорганизовать императорский флот на Балтике в видах войны со Швецией. Свою миссию он выполнил успешно, был в возрасте 26 лет произведен в генерал-майоры, служил во флоте, и после победы при Рокензельме в 1789 году получил чин контр-адмирала. В 1794 году именно Джулио-Ренато Литта (в это время имевший статус посла Мальты при дворе Павла I) организовал избрание российского императора Великим Магистром Ордена -- история нашумевшая и практически общеизвестная.
Его младший брат, Лоренцо Литта, был примерно в это же время (в 1797 году) назначен Папой Пием VI нунцием в России. Его задачей было урегулировать непростые вопросы жизни католических епархий в присоединенных к России частях Польши. В Петербурге Лоренцо Литта, к своему удивлению, увидел живую и здоровую конгрегацию Общества Иисуса (для некоторых моих читателей поясняю: Общество Иисуса -- это официальное самоназвание Ордена иезуитов). Более того, многие русские вельможи просили нунция замолвить словечко перед Папой о разрешении принимать в Общество новых членов (новициате), что тогда было запрещено, так как высоко ценили просветительскую роль иезуитов.
Лоренцо Литта принял эти просьбы близко к сердцу и написал Папе через его секретаря Джузеппе Маротти. Одним из аргументов в пользу хотя бы частичного восстановления Ордена иезуитов была необходимость бороться с "философскими" сектами, в частности, с получившими в то время распространение баварскими иллюминатами (привет Дэну Брауну, много навравшему!).
Аргументы Литта подействовали, и с этого момента начался процесс легитимизации Ордена в России, а затем во всем мире. Собственно, в этом и есть ответ на загадку: картина Леонардо попала в Россию из семейства, которое имело прямое отношение к восстановлению Общества Иисуса.
Интересно, что практически в это же время младшего Литта выслали из Петербурга, так как Папа не утвердил избрание Павла I Великим Магистром Мальтийского Ордена: таким образом, дело, которое затеял старший брат, привело к срыву дипломатической миссии младшего.
Интересно также продолжение судьбы старшего Литта. В 1798 году он получил диспенсацию от обетов и женился на племяннице князя Потемкина. Он совершенно обрусел (в тогдашнем понимании этого слова, то есть вошел в русскую элиту -- это не значит, что он стал хорошо говорить по-русски) и умер в Петербурге в 1839 году в чине адмирала. Его колоссальное состояние досталось Ю.П. Самойловой, которую он называл своей "внучкой". Она его благополучно и промотала.
В России Джулио-Ренато Литта называли Юлием Помпеевичем. Между прочим, он был знаком с Пушкиным.
Эта история хорошо документирована и описана не только в исторических трудах, но и в беллетристике. Тем не менее находятся "специалисты", которые несут всякую чушь. Вот что говорит, например, Олег Германович Ульянов из Музея древнерусской иконописи имени Андрея Рублева в Андронниковом монастыре в Москве:
Мало кто знает, что десница была перенесена в Россию небезызвестным графом Джулио Литта, который возглавлял на тот момент Орден мальтийских рыцарей. У нас с Вами «Мадонна Литта» была приобретена в Эрмитаже тоже из этого семейства, буквально спустя два десятилетия. В этот период граф Антуанн Литта, который передал десницу Иоанна Предтечи нашему императору Павлу, он принял православие и с именем Юлий Помпеевич. Впервые могу познакомить аудиторию с тем, что этот псевдоним был взят им не случайно, поскольку он был взят в честь основателя Римской академии Помповиниана, Юлий Помпоний Лаэта, который впервые открыл живопись римских катакомб в 1475 году. Когда в большинстве учебников Вы можете прочитать, что катакомбы, фрески были открыты в 1578 году. К сожалению, такой уровень нашего знания. Притом, что мы тяготеем познать все необъятное, узнать непознанное, тем не менее, некоторые вещи, весьма очевидные и доскональные факты, они остаются вне поля нашего ведения.
С последним утверждением нельзя не согласиться. Хорошо бы только его автор сам к нему прислушался -- Юлий Помпеевич ни сном ни духом не ведал, что когда его называли по отчеству, то упоминали не имя его отца Помпея Литты, а имя основателя Римской академии (Помпония, кстати, а не Помпея!). Да и с датами у уважаемого искусствоведа не все в порядке: картина попала в Эрмитаж не два десятка лет после "мальтийской истории", а почти семь десятков...
Интересно, он и в остальных вопросах своей работы столь же вольно обращается с историей?
