Об Инквизиции

Тут меня попросили пару слов сказать об Инквизиции.
Будет действительно пара слов -- как я оцениваю это историческое явление.

В конце 15 века завершилась Реконкиста, и мавры были вытеснены из Испании. При этом на территории страны осталось, конечно, большинство населения прежних исламских государств, и были это по вере мусульмане (основная часть) и иудеи (тех было поменьше).

До сего дня люди этих вероисповеданий придерживаются законов, которые связаны с их верой: шариата и закона Моисеева. В те же века они в еще большей степени стремились жить замкнутыми общинами, соблюдая в общине свой закон. При этом свои законы и обычаи были для них приоритетны по отношению к обычаям и законам пришедших на их землю (ну, или вернувших свою землю) христиан. При том, что население исламской и иудейской веры по численности во многих регионах превосходило христианское, это создавало возможность фактической ассимиляции христиан, их могли просто вытеснить в маргинальную область. К тому же наличие внутри государства анклавов, не подчиняющихся законам этого государства, просто опасно с точки зрения стабильности власти.

Христианнейшая королева Изабелла Кастильская, к которой обратились католические иерархи и указали на эту опасность, приняла решение запретить на территории Испании следование обычаям и законам ислама и иудейской религии (главным был именно запрет на обычаи и законы). Для того, чтобы добиться выполнения этого запрета, были установлены очень жесткие (скорее даже жестокие) наказания и создана Инквизиция.

За исторически недлинный промежуток времени Инквизиции удалось добиться того, что все население Испании стало христианским, соблюдение шариата и закона Моисеева было как минимум загнано в глубокое подполье и совершенно перестало представлять угрозу государству. Сделано это было очень жестокими средствами, но в те времена, пожалуй, все государства были склонны решать свои проблемы путем физического уничтожения их источника.

Однако к тому времени разгорелась Реформация. Европу охватили жесточайшие религиозные войны, причем далеко не всегда их инициаторами были католики. Протестанты резали своих католических братьев во Христе с неменьшим рвением, чем те -- их. В Испании протестанты возглавили и направляли сепаратистские движения, прежде всего во Фландрии (и там это движение окончилось-таки тем, что страна потеряла провинцию). В результате Инквизиция продолжала оставаться при деле.

К концу 17 века, однако, все задачи Инквизиции в области сохранения единой испанской государственности были, в сущности, полностью решены, и историческая необходимость в ней отпала. Однако Инквизиция стала уже вполне самостоятельной силой в государстве, влияла на все слои общества и вовсе не собиралась объявить о своем упразднении. Дальнейшая ее история -- это история злоупотреблений спецслужбы, которой, чтобы оправдать свое существование, нужно всё время "показывать результаты". Надо ли говорить, что этим она не отличается от любой другой спецслужбы любого другого времени?

1975 год -- флешмоб

Обычно я во флешмобах не участвую, но бывают интересные. Сейчас, например, ходит такой: человеку предлагают описать какой-то год из своей жизни, опубликовать в своем ЖЖ и предложить сделать то же своим френдам. Очень занятно читать и сравнивать, что у кого было в один и тот же год; складывается пестрая картина жизни. Беда только в том, что описываемый период, в силу возрастной структуры ЖЖистов, в основном ложится на 80-е и 90-е годы. :-)

Я выпросил себе что-нибудь пораньше -- дали 1975.

Так вот.

В начале 1975 года мы с первой моей женой имели стаж семейной жизни в полгода и обитали в малогабаритной двухкомнатной квартире, которая принадлежала моей матушке. Мать перебралась к мужу и забрала с собой лежачую после перелома шейки бедра бабушку, так что жили мы в квартире одни -- но с условием, что занимаем меньшую, девятиметровую комнату, а на большую не претендуем.

Я как раз под женитьбу в предыдущий год увлекся личной жизнью и провалил весеннюю сессию. Пришлось брать академку. Я устроился работать техником на кафедру Деталей Машин, сидел там в библиотеке и выдавал учебные пособия. Ну, и был на побегушках. Помимо этого продолжал прирабатывать при кафедре в студенческом конструкторском бюро. В общем выходило около ста рублей в месяц, что было по тем временам не так и мало. Да и жена получала стипендию в 55 рублей.

Тем не менее, питались мы не роскошно: во-первых, продукты надо было доставать, а во-вторых, никто из нас толком не умел готовить. Жене не удавались даже макароны (которые удавались мне).

Где-то в апреле я нашел во дворе котенка, черно-белую девочку, месяцев трех от роду. Она вышла навстречу и сказала: "Мя-я!" тонким детским голосом. Я принес ее домой, и мы ее укотовили. Мы долго не могли придумать ей имя и звали просто Кошка. Ближе к концу года мы решили, что ее все-таки надо назвать -- и назвали Машкой. После этого жена иногда обращалась к ней "Катарина-Мария".

Пару раз мы выносили ее во двор погулять, для чего я сделал из длинного шнура шлейку с поводком. Кошке прогулки не нравились (особенно зимой, по снегу), она короткими перебежками "на полубрюхе" подбегала ко мне и садилась на носок ботинка.

Потом оказалось, что за этим процессом наблюдал едва ли не весь район, и нас многие после узнавали.

В нашей тесной комнате стоял ГДР-овский диван (который начал разваливаться как раз в этом году), кресло в комплект к нему, румынский двухстворчатый платяной шкаф и моё хозяйство: стереомагнитофон "Юпитер-201" с колонками 10 АС-30, под которые я купил две дешевейшие пластмассовые трехногие табуретки. На книжной полке над магнитофоном лежали катушки, где было записано несколько десятков дисков -- Битлы, Роллинг Стоунз, что-то еще, что я регулярно слушал.

Как раз летом этого года я за дикие деньги купил альбом Jesus Christ Superstar, и гонял его с утра до ночи.

В сентябре я снова пошел учиться, досдав без проблем проваленный весной экзамен. Жена тоже училась в своем институте; я помогал ей разбираться в сопромате, делал расчеты и иногда чертил курсовые. Мы тогда еще жили хорошо, практически не ссорились. Разлад начался позже.

Вот так мы и жили. Год этот не был в числе богатых событиями.

Всюду жизнь

On our way back home from the cafe, we've noticed two ugly fat dykes exchanging hugs and kisses right in the middle of a Moscow underground carriage. I've never seen anything so disgusting in my long life.

But anyway, those women would never have any chance with a man, except for a very heavy drinking one, so maybe it's OK.